Типология психологических школ Б.М. Теплова и рефлексивная персонология развития его одаренной личности

Семёнов И.Н. Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» (г.Москва)

Ключевые слова: психология, персонология, психотехника, психофизиология, физиология нервной системы, индивидуальные различия, цветомаскировка, военная психология, архитектура, творчество, одаренность, способности, личность, развитие, Теплов Б.М., Рубинштейн С.Л., Ярошевский М.Г.

Аннотация. В статье анализируется научно-исследовательская деятельность крупнейшего отечественного психолога-экспериментатора середины ХХ в. Б.М. Теплова и характеризуется развитие его легендарной личности. Впервые логика развития его творчества дифференцируется на создание им четырех научных школ. Крупнейшей их них является отечественная школа дифференциальной психофизиологии, которую прошли многие ученые ведущего в стране Психологического института, основанного при МГУ учителем Б.М.Теплова – философом и психологом Г.И.Челпановым. Характеризуются социокультурная персонология развития личности Б.М.Теплова и основные достижения созданных им научных школ в контексте их взаимодействия со смежными с психологией науками современного человекознания.

Typology of psychological schools of B.M. Teplov and reflexive personology of development of his gifted person

Semenov I.N.

Keywords: psychology, personology, psychotechnics, psychophysiology, psychophysiology of the nervous system, individual differences, color camouflage, military psychology, architecture, creativity, talent, ability, personality, development, Teplov B.M., Rubinstein S.L. Yaroshevskii

Absract. In the article were analyzed the research activities of the largest russian psychologist-experimenter of the mid-twentieth century by B.M. Teplov and was characterized the development of his legendary personality. For the first time the logic of the development of his work differentiated on the creation of four scientific schools. The largest of them was the Russian school of differential psychophysiology, which have been many leading scientists in the country, Psychological Institute, based at MSU as a teacher of B.M. Teplov – philosopher and psychologist G. Chelpanov. Characterized by socio-cultural personology of personality development by B. M. Teplov and major achievements created scientific schools in the context of their interaction with related psychology the science of modern anthropology.

Введение. Выдающийся российский психолог Борис Михайлович Теплов (1896-1965) был легендарной личностью по своей всесторонней одаренности и одним из крупнейших в середине ХХ в. теоретиков, экспериментаторов, организаторов психологической науки, создателем нескольких (!) научных школ, а также – оригинальным историком психологии и методологом человекознания. Его фундаментальные труды и популярные учебники получили признание в нашей стране и за рубежом. Рефлексия Б.М. Тепловым всеобщей истории психологии (курс которой он впервые в стране читал в МГУ) привела его к важной идее о необходимости изучения логики развития психологического познания. Экспликация, осмысление и дальнейшее развитие этой логики служит важной методологической основой для разработки инновационных средств теоретико-экспериментального исследования переднего края науки.

Сам Б.М. Теплов неоднократно опирался на логико-методологическую рефлексию истории психологии для теоретико-экспериментальной разработки новых исследовательских подходов при новаторском изучении психологических основ: цветомаскировки (в 1920-е гг.), взаимодействия ощущений (в 1930-е гг.), развития музыкальных способностей композиторов и интуитивно-практического мышления полководцев (в 1940-е гг.), определения психологических проявлений основных свойств нервной системы и индивидуально- типологических различий (в 1950-1960 гг.). При этом в 1945-1965 гг. он был одним из лидеров отечественной психологической науки и крупным ее организатором в качестве: заместителя директора ПИ РАО, академика и члена Президиума АПН РСФСР, заведующего кафедрами психологии МГУ и Академии общественных наук (АОН) при ЦК КПСС, а также главного редактора журнала «Вопросы психологии». Охарактеризуем кратко основные достижения созданных Б.М. Тепловым в психологии научных школ и развитие его легендарной творческой личности на фоне эволюции жизненного пути и российского человекознания.

1. Проблемы изучения и типологии созданных Б.М. Тепловым научных школ. Традиционно и справедливо считается, что основной вклад Б.М. Теплова в психологическую науку заключается в создании крупнейшей в стране школы дифференциальной психофизиологии. В ней под его руководством большой коллектив ученых (М.Н. Борисова, К.М. Гуревич, В.С. Мерлин, В.Д. Небылицын и др.) вели разработанными им оригинальными психофизиологическими методами новаторские исследования индивидуально-типологических различий на основе фундаментальной концепции [8, т. 2, с. 6-189] психологических проявлений основных свойств нервной системы человека, а также – осуществлял изучение природы одаренности и видов способностей (Н.Н. Волков, Н.С. Лейтес, Э.А. Голубева, Л.Б. Ермолаева-Томина, В.И. Кириенко, В.А. Крутецкий) и индивидуальных различий в целом (В.С. Мерлин, В.Д. Небылицын, И.В. Равич-Щербо, В.М. Русалов и др.).

Поскольку связь способностей с индивидуальными различиями изучалась Б.М. Тепловым c учениками не только количественными, номотетическими методами (Э.А. Голубева, В.С. Мерлин), но также качественными, идиографическими способами (Б.М. Теплов, Н.С. Лейтес), то, помимо научной школы дифференциальной психофизиологии, он создал также школу психологии способностей (Б.М. Теплов, Н.С. Лейтес, 1956; В.И. Кириенко, 1959; В.А. Крутецкий, 1968; Н.С. Лейтес, 1960; Л.И. Уманский, 1967 и др.). Однако обе эти школы, основанные Б.М. Тепловым, оформились лишь в последний 15-летний период его научного творчества. Хотя до этого времени он почти 30 лет вел в ПИ РАО разносторонние исследования (в том числе междисциплинарные) вместе с руководимыми им коллегами-психологами, а также с военным инженерами и архитекторами. В связи с этим возникает интересный для истории психологии вопрос – не является ли Б.М. Теплов основателем не одной, а нескольких психологических школ, а если окажется, что это так, то необходимо изучить важную науковедческую проблему о типологии Тепловских научных школ.

В поисках ее решения, следует провести методологическое изучение логики развития научной деятельности Б.М. Теплова на материале историко-научного анализа эволюции его исследовательских занятий. В связи с этим обратимся к построению периодизации его жизненного пути с позиций развиваемой нами рефлексивной психологии и персонологии творчества [17, 18].

2. Периодизация жизнетворчества Б.М. Теплова. Как показала проведенная нами науковедческая рефлексия творчества Б.М. Теплова, его жизнедеятельность дифференцируется на такие четыре ключевые эпохи развития его личности ученого, как: образовательная (1896-1921), психотехническая (1921-1933), общепсихологическая (1933- 1950), дифференциально-психофизиологическая (1950-1965). Охарактеризуем каждую эпоху развития одаренной личности Б.М. Теплова специально.

В первую эпоху он получил прекрасное воспитание в дворянской семье, окончил в г. Туле c золотой медалью гимназию и музыкальное училище (по классу фортепьяно). В 1914 г. он поступил на историко-филологический факультет МГУ, где стал заниматься философией и психологией, в том числе в созданном Г.И. Челпановым при МГУ Психологическом институте (далее: ПИ РАО). В 1916-1918 гг. Б.М. Теплов служил в армии, участвовал в боях, окончил школу прапорщиков и был избран в конце 1917 г. сослуживцами командиром. В 1918-1921 гг. он работал помощником секретаря суда в Москве, был призван в Красную Армию, где окончил Высшую школу военной маскировки. Параллельно он в 1921 г. завершил высшее гражданское профессиональное образование в МГУ, где специализировался на кафедре философии в психологических семинариях Г.И. Челпанова. Подчеркнем, что развитие творческой личности Б.М. Теплова как ученого в течение почти всей его научной деятельности было связано с ПИ РАО [21] при МГУ [15], даже – на армейской службе (т.к. он участвовал в исследованиях в ПИ РАО с 1929 г.).

3. Психотехническое направление военно-прикладной психологии труда Б.М. Теплова. Во вторую – психотехническую – эпоху на воинской службе Б.М. Теплов стал организатором и ведущим армейским специалистом по цветомаскировке, где был научным руководителем Воено-технического отдела данного инженерного профиля. При этом он сотрудничал с Государственной академией художественных наук (ГАХН), где в 1924-1930 гг. работал его учитель Г.И. Челпанов, а также – с его учениками из ПИ РАО (С.В. Кравков, А.А. Смирнов, П.А. Шеварев и др.). В это время Б.М. Теплов изучал зарубежный опыт «Маскировки на Западе» [26], разработал психологические основы для маскировочной техники (1923, 1926) и психотехнические рекомендации по цветоведению для военных инженеров, а также архитекторов [33].

В методологическом плане эти фундаментально-прикладные разработки [33] Б.М. Тепловым «Проблем цветоведения в психологии» (1930) и «Основ применения науки о цвете в архитектуре» (1929) носили междисциплинарный характер. Они представляли собой один из первых в стране новаторских прецедентов изучения когнитивной психологии продуктивного восприятия, а также – псиотехники, инженерной психологии, эргономики архитектурного и технического творчества [33].

В науковедческом плане необходимо констатировать, что в ходе этих исследований образовалась первая созданная Б.М. Тепловым – по сути психотехническя – научная школа[24]. К ней относятся труды сотрудничавших с ним коллег из ПИ РАО и ГАХН (С.В. Кравков, А.А. Смирнов, П.А. Шеварев, ставшими крупными психологами), а также руководимых им архитекторов и военных инженеров (С. Алексеев, М. Курьянов, Л. Скляр, А. Цветков и др.) [3; 33]. В этой сформировавшейся на рубеже 1920-1930-х гг. психотехнической школе велись научно-прикладные исследования цветоведения, обобщались и публиковались их результаты, а также издавались учебно-методические пособия (1923; 1925; 1931; 1934; 1938) [3; 33] и готовились профессиональные кадры по цветомаскировке в архитектуре и военном деле.

В социокультурном плане следует отметить, что начавшееся в cередине 1930-х гг. преследование таких направлений прикладной психологии, как педология и психотехника, естественно не располагало Б.М. Теплова афишировать созданную им психотехническую научную школу. Тем более, что в ПИ РАО – где он стал работать с 1933 г. (демобилизовавшись из армии в генеральском чине комбрига) – был специальный отдел психотехники, которая разрабатывалась его руководителями Н.И. Шпильрейном и C.Г. Геллерштейном с оригинальных теоретических позиций, восходящих к классическим трудам Г. Мюнстерберга. Однако относительно психотехники у Б.М. Теплова, рефлексировавшего личный опыт военной и архитектурной практики, могло быть свое собственное представление [24], cформировавшееся на основе его участия с 1929 г. в общепсихологических исследованиях в ПИ РАО.

4. Общепсихологическое направление исследований Б.М. Теплова. Третья эпоха в развитии его научного творчества охватывает двадцатилетний период общепсихологического изучения им (в ПИ РАО в 1929-1950 гг.) почти всех основных психических процессов творчества [8, т. 1]: ощущений и восприятий (1935) [23], способностей и одаренности (1940, 1941, 1947) [25, т. 1, с. 15-41; 29], мышления и воли (1943, 1945) [25, т. 1, с. 223-305; 36], личности (1945) [31] и деятельности (1944) [30], труда и искусства (1950) [38], музыкальных переживаний (1945, 1947) [25, т. 1, с. 42-222] и художественного воспитания (1946) [32]. Все это сопровождалось необходимым историко- методологическим обоснованием (1940, 1941, 1945, 1947) на базе специального изучения Б.М. Тепловым истории отечественной психологии (1940, 1947, 1948, 1950) [25, т. 1, с. 15-41; 29 и др.].

В науковедческом плане важно подчеркнуть, что, окончательно перейдя в 1933 г. в ПИ РАО, он использовал свой богатый опыт изучения основ цветоведения для разворачивания – впервые в мире – психофизиологических исследований взаимодействия одновременных световых ощущений [23]. Будучи заведующим в 1934-1938 гг. лабораторией психофизиологии ощущений, Б.М.Теплов издает (под редакцией с С.В. Кравковым) коллективную монографию «Ощущения и восприятия» (1935) [23]. Здесь были представлены результаты исследований формировавшейся под руководством Б.М. Теплова и С.В. Кравкова научной школы взаимодействия ощущений и восприятий (М.А. Севрюгина, М.И. Соколова, П.А. Шеварев, С.П. Яковлева и др.). Позднейшие исследования этой второй – общепсихологической – Тепловской научной школы в руководимом им в 1942-1952 гг. отделе психологии речи и мышления ПИ РАО, представлены в сборниках по когнитивной психологии (восприятия, мышления и речи), опубликованных в Известиях АПН РСФСР (1948), в том числе под его редакцией с А.Н. Соколовым (1954). При этом Б.М. Теплов разрабатывал фундаментальные проблемы ума и воли (1943) [36], практического мышления и интуиции (1945) [25, с. 223-305], общепсихологической характеристики деятельности (1944) [30] и личности (1945) [31], а также дидактически обобщал достижения современной психологии в учебниках для средней (1946-1956) и высшей школы (1938, 1941, 1948), которые были популярны среди учащихся и преподавателей и многократно издавались за рубежом.

5. Изучение психологии одаренности и творчества в трудах Б.М. Теплова. В рассматриваемую третью – общепсихологическую – эпоху развития его личности, необходимо выделить теоретико-методологическое изучение им таких аспектов психологии творчества, как: анализ проблемы «способности и одаренность» (1940, 1941) [25, т. 1; с. 29] подготовку и защите докторской диссертации «Психология музыкальных способностей» (1940), изданную позднее сокращенной книгой (1947) [25, т. 1, с. 42–222]; а также знаменитый труд «Ум и Воля военачальника» (1943) [36] или «Ум и Воля полководца» (1945) [25, т. 1, с. 223–305]. Этот – вызвавший интерес у победивших в войне боевых полководцев и одобрение Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина – фундаментальный труд Б.М. Теплова (см. его анализ: [10]) потом еще дважды им перерабатывался (1945, 1961) [25, т. 1, с. 223–305] и широко известен в русской культуре и психологической науке под емким названием «Ум полководца» (1961, 1985, 1990). Здесь Б.М. Теплов на военно-историческом и литературно-художественном материале провел – по сути психолого-акмеологическое – изучение идиографическими методами качественного анализа персонологии и феноменологии одаренности, типов способностей и индивидуальных различий выдающихся полководцев.

В отличие от «Ума полководца», изучение Б.М. Тепловым психологии творчества в его диссертации (1940) [25, т. 1, с. 42–222] велось номотетическими методами на материале экспериментально-психофизиологического исследования музыкальной одаренности и индивидуальных различий великих композиторов. Этот труд Б.М. Теплова послужил необходимым заделом – в области психофизиологии индивидуальных различий – для использования ее объективных методов в целях возникшей в 1950 г. социокультурной необходимости развития учения И.П. Павлова посредством переноса его верификации с опытов на животных на эксперименты с человеком.

6. Дифференциально-психофизиологическое направление творчества Б.М. Теплова. После плодотворного общепсихологического изучения психических процессов творчества, обращение Б.М.Т еплова к дифференциальной психофизиологии, хотя и базировалось на его экспериментальных исследованиях взаимодействия зрительных ощущений и восприятий (1935) [23] и на фундаментальном изучении слуховой перцепции и природы музыкальных способностей (1940, 1947) [25, т. 1, с. 42–223], но все же было вызвано вне научными социокультурными факторами, связанными с социальным заказом на физиологизацию психологии на основе учения И.П. Павлова.

В этом сложном социокультурном контексте мрачного рубежа 1940-1950-х гг. (когда вождь И.В. Сталин вновь развернул репрессии среди интеллигенции), Б.М. Теплов досконально изучает «Двадцатилетний опыт» Павловской школы. При этом он рефлексирует ее достижения при научном редактировании двух основательных книг [7; 8] об использовании Павловского учения. Свою теоретическую позицию Б.М. Теплов обобщает в ряде трудов [27; 28].

В результате интенсивных концептуально-методологических изысканий, Б.М. Теплов новаторски разрабатывает исследовательскую программу теоретико-экспериментального изучения основных свойств нервной системы и их психических проявлений. Принципы этой программы были представлены в его трудах: «Об объективном методе в психологии» [25, т. 2, с. 281–309], «Опыт разработки методики изучения типологических различий высшей нервной деятельности» (1953, 1954), «Учение о типах высшей нервной деятельности и психология» (1954, 1955), обобщив их позднее в труде «Типологические свойства нервной системы и их значение для психологии» [25, т. 2, с. 54–189].

Для реализации этой исследовательской программы в 1952 г. Б.М. Теплов создает методологический труд «Об объективном методе в психологии» [25, т. 2, с. 281–309], разрабатывает конкретные методики [34] и организует в ПИ РАО лабораторию психофизиологии индивидуальных различий (которой руководит вплоть до кончины в 1965 г.), где изучает фундаментальные проблемы их психологического исследования [25, т. 2, с. 6–53], издав 5 томов итогов созданной им научной школы дифференциальной психофизиологии [35]. Его талантливый ученик В.Д. Небылицын продолжил и творчески развил исследования этого направления, издав еще 4 тома результатов руководимого им коллектива последователей Б.М. Теплова.

7. Вклад Б.М. Теплова в психологию одаренности и творчества. Сам Б.М. Теплов неоднократно указывал на связь изучения психических проявлений основных свойств нервной системы с типологической характеристикой индивидуальных различий в темпераменте и способностях. Поэтому данное психолого-дифференциальное направление его исследований вносит существенный вклад в психологию творчества в плане анализа природы одаренности и характеристики индивидуальных различий творческих личностей. В методологическом плане – согласно принципу дополнительности – идиографическое изучение и психологическая характеристика Б.М. Тепловым индивидуальных различий в практическом мышлении и интуиции, в способностях и индивидуальности великих полководцев (1943, 1945) [25, т. 1, с. 223–305] обогащалась также номотетическим психофизиологическим исследованием этого на контингенте великих композиторов (1947) [25, т. 1. с. 42–222]. В совокупности результаты обоих направлений исследований позволили разработать и реализовать программу целостного психологического изучения индивидуально-типологических различий и природы способностей.

При этом Б.М. Теплов стремился интегрировать достижения своей школы дифференциальной психофизиологии в мировую психологию – через историко- методологическое обоснование полученных результатов путем их концептуального обобщения и теоретического соотнесения с историей отечественной культуры (В.Г. Белинский, А.И. Герцен) и науки (И.М. Сеченов, К.Ф. Рулье, И.П. Павлов, Н.Н. Ланге, К.Н. Корнилов, Л.С. Выготский, С.В. Кравков, С.Л. Рубинштейн, М.Г. Ярошевский), а также зарубежной психологии (А. Анастази, М. Вертхеймер, Г. Гельмгольц и др.) [25, т. 2, с. 198– 279].

8. Значение трудов Б.М. Теплова по дифференциальной психофизиологии для развития человекознания. В прогрессе психологического познания выдающуюся роль Б.М. Теплова важно оценить в рефлексивной ретроспективе – через методологическую экспликацию логики развития объективных методов в психологии и естественнонаучного подхода в дифференциальной психофизиологии. Этот подход восходит к учениям Р. Декарта и В. Вундта, развитым в трудах И.М. Сеченова и И.П. Павлова о рефлекторной природе психики и типах нервной системы.

Так, в середине ХIХ в. В. Вундт поставил исследовательскую проблему и выдвинул организационную программу использования методов физиологии для эмпирического изучения психики. В России ее стали реализовывать – с учетом достижений И.М. Сеченова – В.М. Бехтерев, Н.Я. Грот, Н.Н. Ланге и Г.И. Челпанов, создавший при МГУ в 1912-1914 гг. Институт экспериментальной психологии. Через сто лет после В. Вундта именно ученик Г.И. Челпанова междисциплинарный ученый-практик Б.М. Теплов конструктивно решил эту проблему. Для этого он методологически разработал учение «Об объективном методе в психологии» (М. 1952, с. 46) [25, т. 2, с. 281–309] и построил онтологическую концепцию «Об изучении типологических свойств нервной системы и их психологических проявлений» (Вопросы психологии. 1957. N 5. с. 108–130) [28]. При этом Б.М. Теплов в цикле историко-научных трудов (1948; 1950; 1953; 1958; 1960; 1963; 1965) [25, т. 2, с. 6–53; 27; 37 и др.] ассимилировал достижения физиологов нервной системы И.М. Сеченова, И.П. Павлова и психологов Н.Н. Ланге, Г.И. Челпанова [1], ратовавших за объективные методы в психологии.

Разработав конкретные экспериментальные методики (1953, 1954, 1959), Б.М. Теплов реализовал теоретически обоснованную им программу «Исследования свойств нервной системы как путь к изучению индивидуально-психологических различий» (Психологическая наука в СССР. М. 1960. т. 2, с. 3–40) [25, т. 2, с. 37–53]. В итоге он, развернув на этой концептуально-методологической основе фундаментальные исследования психических проявлений основных свойств нервной системы и индивидуальных различий, создал крупнейшую в стране научную школу дифференциальной психофизиологии.

Ее теоретико-экспериментальные и прикладные (в медицинской, инженерной, возрастной, педагогической психологии) достижения представлены в двух серийных изданиях: пятитомнике «Типологические особенности высшей нервной деятельности человека» под редакцией Б.М. Телова (1956-1967) [35] и в четырехтомнике «Проблемы дифференциальной психофизиологии» (1969-1977) под редакцией его ученика и соратника В.Д. Небылицына. При этом Б.М. Теплов стремился построить историко-научное и концептуально-методологическое обоснование своего учения об индивидуально- типологических различиях и интегрировать его в мировую психологию. Об этом свидетельствуют: 1) рефлексия Б.М. Тепловым (1969, 1985) [25, т. 2, с. 247–279] труда А. Анастази «Дифференциальная психология» и 2) итоговые труды [25, т. 2, с. 6–189], в т.ч. в сборниках докладов на отечественных и международных конференциях (1954; 1964; 1965) [34 и др.].

Необходимо отметить, что в середине ХХ в. – параллельно со школой дифференциальной психофизиологии Б.М. Теплова-В.Д. Небылицына – в отечественном человекознании высшая нервная деятельность интенсивно изучалась в психофизиологических школах Б.Г. Ананьева, П.К. Анохина, Н.П. Бехтеревой, А.Р. Лурия, П.В. Симонова, Е.Н. Соколова. На рубеже ХХ-ХХI вв. ведется поиск путей интегративного обобщения достижений классической дифференциальной (Б.М. Теплов, В.С. Мерлин, В.Д. Небылицын, В.М.Русалов) и современной психофизиологии (Б.А. Вяткин, Е.Н. Соколов, Е.Д. Хомская и др.), в т.ч. в плане изучения психофизиологических механизмов развития способностей и творчества (С.Я. Дорфман, В.Н. Дружинин, В.П. Зинченко, М.К. Кабардов, Д.В. Ушаков, В.Д. Шадриков, Н.И. Чуприкова), индивидуального стиля деятельности и интегральной индивидуальности (В.С. Мерлин, Е.А. Климов, Т.Ф. Базылевич, Б.А. Вяткин и др.). Эти достижения во многом заложили основы отечетсвенной психологии способностей (Д.Б. Богоявленская, Э.А. Голубева, Н.С. Лейтес, А.М. Матюшкин, В.С. Мухина, А.В. Петровский, Я.А. Пономарев, Д.В. Ушаков, В.Д. Шадриков) и индивидуальности (К.А. Абульханова, А.Г. Асмолов А.А. Бодалев, А.А. Деркач, В.С. Мухина, В.А. Петровский, И.Н. Семенов, Е.Б. Старовойтенко, В.Д. Шадриков и др.), а также инновационной нейронауки (Н.П. Бехтерева, В.А. Ключарев и др.), которая бурно развивается на компьютерной и нанотехнологической базе современного научно-технического прогресса.

9. Социокультурная и персонологическая рефлексия развития психологии одаренной личности Б.М. Теплова. Личность Б.М. Теплова – как ученого, военного инженера, музыканта, педагога – являет собой яркий пример успешной самореализации в процессе научной деятельности. Причем она осуществлялась в едва ли не самые трудные годы истории ХХ века российского общества – в эпоху войн и революций, индустриализации и репрессий, энтузиазма и напряжения, в том числе в сферах культуры, науки, образования, в которых протекала его социально активная жизнедеятельность. Не смотря на, в целом, блистательную карьеру – сначала военную, а потом и научную, – его успешный профессиональный рост сопровождался преодолением объективно сложных социально-идеологических коллизий эпохи войн и революций, строительства светлого будущего, а также политического прессинга деловых и личных отношений в атмосфере массовых репрессий и идеологической цензуры.

C идеологических позиций господствовавшей после революции официальной доктрины диктатуры пролетариата, в биографии Б.М. Теплова был существенный изъян – антагонистическое дворянское происхождение. Оно принесло Б.М. Теплову существенное стартовое преимущество: прекрасное семейное воспитание, раскрывшее букет его задатков и способностей (математических, лингвистических, музыкальных) и сформировавшее волевой, трудолюбивый и целеустремленный характер. В результате окончания в Туле с золотой медалью гимназии и музыкального училища, юноша поступает в 1914 г. в столичный университет на историко-филологический факультет МГУ, откуда он в 1916 г. призывается в армию.

Здесь он оканчивает школу прапорщиков и участвует в боях на Западном фронте, где его сослуживцы в революционном 1917 г. демократическим голосованием избирают своим командиром. Психологически это означает: признание его личной боевой храбрости, уважение воинской компетентности и личное доверие товарищей, проверенное на фронте с риском для жизни. Социально важно, что это избрание в какой-то мере нивелировало минусы дворянского происхождения Б.М. Теплова, чему способствовала также его служба в 1918 г. помощником секретаря суда в Москве. Новый призыв – уже в Рабоче-Крестьянскую Красную Армию (РККА) – образованного и смышленого военного совпадает с социальной потребностью РККА в военных специалистах. Обладая математическими и лингвистическими способностями, Б.М. Теплов попадает в распоряжение Военно-технического комитета РККА, по заданию которого начинает заниматься – в качестве военного инженера – научно-техническим обеспечением маскировочного дела, служа кадровым военным в армии. Владея немецким и французским языками, он организует группу по переводу и изучению зарубежного опыта военной маскировки, обобщает его в виде сборника [26] и налаживает разработку научных основ цветоведения и маскировки c использованием психологических знаний [33]. Эти достижения первой созданной Б.М. Тепловым психотехнической научной школы оказываются востребованными не только в военном деле [24; 33], но также и в архитектурном творчестве [3].

Волевой и целеустремленный характер Б.М. Теплова позволил ему – вопреки жеcткому армейскому режиму военно-инженерной деятельности – параллельно с ответственной воинской службой все-таки закончить в 1921 г. (готовясь к экзаменам, в.ч. и ночами) МГУ, где он специализировался по философии и психологии на семинариях у Г.И. Челпанова в ПИ РАО. Приобретенные здесь фундаментальные знания и экспериментально-исследовательский опыт были использованы Б.М. Тепловым для организации научно-психологического обеспечения военно-инженерных разработок в области цветомаскировки. При этом психологические исследования были включены Б.М. Тепловым в качестве органичного компонента междисциплинарных военно- технических изысканий и архитектурного проектирования [33]. Таким образом, прикладные разработки созданной Б.М. Тепловым в 1920-е гг. научной школы психологии цветомаскировки стали психотехническим прообразом для будущих – его [39] и других психологов – исследований 1960-1970-х по профилю инженерной психологии и эргономики [11]. Тем самым творческая деятельность военно-инженерного психотехника Б.М. Теплова опередила свое время на полвека относительно формирования инженерной психологии и эргономики как антропотехнического [16-а] направления современного человекознания.

Полученный в рамках Военно-технического комитета РККА управленческий опыт организации инновационных разработок послужил для ученого Б.М. Теплова личностным ресурсом при руководстве научными исследованиями ПИ РАО в качестве заместителя директора по науке в 1934-1936 гг. и заведующего в 1934-1938 гг. «лабораторией психофизиологии ощущений». Здесь он организовал новаторские теоретико- экспериментальные исследования взаимодействия ощущений и восприятий [23].

Параллельно он преподает в ряде вузов и сам продолжает учиться, беря уроки игры на фортепьяно у профессора консерватории известного композитора и пианиста К.И. Игумнова. В этом еще раз проявились такие черты разносторонней одаренной личности Б.М. Теплова, как: трудолюбие, помноженное на волевую самоорганизацию и на одухотворенное стремление к прекрасному в жизни, науке, культуре, образовании [25, т. 1, с. 42–222; 32]. Поэтому не удивительно, что в самый пик Сталинских репрессий второй половины 1930-х гг., Б.М. Теплов организует в 1938 г. в ПИ РАО первую в стране институцию по изучению психологии творчества – в виде «лаборатории искусства» и углубляется в творческое проведение докторского исследования на идеологически нейтральную тему «Психология музыкальных способностей», успешно защищая эту диссертацию в 1940 г. и публикуя монографию об этом после войны в 1947 г., которая была переведена на ряд иностранных языков и получила международное признание у психологов, культурологов и музыковедов.

В историко-научном плане необходимо подчеркнуть, что следующая институция по психологии творчества создается в стране лишь через тридцать лет в 1968 г. под руководством ученика Б.М. Теплова историка психологии и науковеда М.Г. Ярошевского (см. о нем: [17]) в виде «сектора проблем научного творчества» в Институте истории естествознания и техники АН СССР. Следует отметить, что важной предпосылкой для этого послужили две новаторские научные конференции по психологии творческой активности. Они были организованы впервые после войны в стране в начале 1960-х гг. энтузиастами изучения творчества сотрудниками кафедры психологии крупнейшего педагогического вуза страны МГПИ (ныне МГПУ) Н.Ф. Добрыниным, В.С. Мухиной [12], Н.Г. Алексеевым [13], В.А. Костеловским и другими учеными (в т.ч. методологами: Г.П. Щедровицким, Э.Г. Юдиным) под руководством ее заведующего А.В. Петровского (см. о нем: [17-а]), изучавшего в то время «Роль фантазии в развитии личности» (М., 1961).

В наступившей в 1941 г. Великой Отечественной войне Б.М. Теплов проявляет присущее ему с юности личное мужество: уходит добровольцем в ополчение обороны Москвы. Через два месяца отзывается с рядом ученых по месту работы в ПИ РАО по приказу, подписанному Верховным Главнокомандующим И.В. Сталиным. Вернувшись с фронта, Б.М. Теплов храбро участвовал в пожаротушении от бомб столичных зданий МГУ и ПИ РАО (даже когда в одном из дежурств сбежали от бомбардировок профессиональные пожарные), а также – в организации цветомаскировки Большого театра и Мавзолея. За все это Б.М. Теплов награжден боевой медалью «За оборону Москвы».

Поражает стойкость научных интересов творческой личности Б.М. Теплова. Оказавшись в эвакуации в г. Ашхабаде, он продолжил начатое им в докторской диссертации исследование одаренности и индивидуальных различий великих личностей. Если в диссертации это изучалось на материале жизнетворчества великих композиторов, то в условиях жесточайшей войны – посредством психолого-персонологического анализа военно- исторических и литературно-художественных материалов о воинском искусстве великих полководцев. Изложенные прекрасным литературным языком, но аргументированные железной логикой результаты изучения «Ума и воли военачальника» и «Ума полководца» вызвали одобрение на Ученом Совете ПИ РАО с участием боевых генералов. Этот фундаментальный труд Б.М. Теплова по венной психологии творческой личности заинтересовал и вызвал одобрение генералиссимуса И.В. Сталина, который вычеркнул из текста примеры полководческого искусства героя Гражданской войны М.В. Фрунзе. (Эта ревнивая цензура может быть персонологически истолкована как косвенное подтверждение версии его устранения, художественно изображенную в повести Б. Пильняка «Повесть непогашенной луны»).

Став в 1945 г. одним из первых среди психологов академиком АПН РСФСР, Б.М. Теплов обратился к проблематике личности [31] и ее художественного воспитания [32], способствуя этому посредством публикации монографии «Психология музыкальных способностей» (1947) [25, т. 1. с. 42–222] и учебников с его участием по психологии, в т.ч. для педагогических вузов (1948, 1962), переведенным на иностранные языки. Читавший нам, студентам МГУ, в середине 1960-х гг. общую психологию, А.Н. Леонтьев рекомендовал готовиться к экзаменам по второму изданию такого учебника, обобщавшего достижения психологии середины ХХ в. Созданный же Б.М. Тепловым учебник для средней школы переиздавался 8 раз и был переведен на 14 иностранных языков, знаменуя зарубежное признание отечественной психологической науки и ее лидера.

Социальный успех личности Б.М. Теплова выразился также в назначении его в 1945 г. заместителем директора ПИ РАО (А.А. Смирнова, который был – как и Б.М. Теплов – учеником Г.И. Челпанова и заведующим кафедрой психологии и логики АОН при ЦК КПСС, а также в 1949 г. – заведующим кафедрой психологии философского факультета МГУ вместо оказавшегося в опале крупнейшего российского психолога середины ХХ в. лауреата Государственной Сталинской Премии СССР, члена-корреспондента АН СССР С.Л. Рубинштейна (см. о нем: [19]). В это мрачное время он подвергся остракизму за «космополитизм и преклонение перед буржуазной лженаукой» и был снят со всех постов: заместителя директора и заведующего созданного им «сектора психологии» Института философии АН (ИФАН) СССР, а также заведующего созданными им кафедрой и отделением психологии философского факультета МГУ. В этот тяжелый для С.Л. Рубинштейна период гонений, ему Б.М. Теплов оказал в 1949 г. смелую и важную поддержку. Он опубликовал в авторитетном журнале «Советская книга» (N 5, с. 103–107) рецензию на сборник «Исследования по психологии восприятия», опубликованный под редакцией опального корифея. Более того, Б.М. Теплов в качестве заведующего кафедрой психологии МГУ проявил гражданскую смелость и личное мужество, ибо он отстоял за С.Л. Рубинштейном единственную остававшуюся у него официальную должность – профессора МГУ.

Будучи сам с 1941 г. профессором МГУ, Б.М. Теплов впервые в стране разработал и читал здесь курс по истории психологии, который ему ассистировал ученик С.Л. Рубинштена по общей психологии, работавший в его секторе в ИФАН М.Г. Ярошевский (см. о нем: [17]). Он, как и его учитель, по тем же идеологическим мотивам начал преследоваться руководством ИФАН. Ситуация осложнялась тем, что в 1938-1939 гг. М.Г. Ярошевский был осужден по сфабрикованному против этнографа Л.Н. Гумилева политическому делу. В преддверии нового ареста, учитель и ученик сочли за благо переменить ему место жительства далеко от Москвы. В добровольном изгнании из Москвы в Таджикистане М.Г. Ярошевский, помимо интенсивной научной и преподавательской работы, вел также исследовательскую деятельность, готовя к защите докторскую диссертацию на основе опубликованной им книге по истории психофизиологии. Поскольку судимость с М.Г. Ярошевского все еще не была снята (он добился реабилитации лишь в 1991 г.!), то Б.М. Теплов помог своему ассистенту по истории психологии с подготовкой защиты докторской диссертации. В связи с этим Б.М. Теплов добившись в 1962 г. публикации в партийном официозе – журнале «Вопросы философии» (1962, N 9, с.171–175) – рецензии «Научное наследие И.М. Сеченова и развитие психофизиологии и психологии» на изданную в 1961 г. книгу своего ученика М.Г. Ярошевского «Проблема детерминизма в психофизиологии ХIХ в.» (Душанбе, 1961).

Эти смелые и рискованные шаги настойчивого Б.М. Теплова способствовали допуску М.Г. Ярошевского к защите, после которой ему удалось вернуться в середине 1960-х гг. в столицы и даже организовать «сектор психологии научного творчества» в Институте истории естествознания и техники АН СССР (где я учился у него в аспирантуре). Эти два прецедента свидетельствуют о бесстрашии и порядочности отзывчивой личности Б.М. Теплова, который уже в нормальные времена «оттепели» загодя готовил талантливого аспиранта В.Д. Небылицына к будущему руководству своей лабораторией. Именно такая доброжелательная забота о жизненной судьбе и научном росте своих сотрудников привела к формированию сплоченной вокруг творческой личности Б.М. Теплова научной школы дифференциальной психофизиологии, получившей мировое признание [9].

Занимаясь на рубеже 1940-1950-х гг. в ПИ РАО общей психологией и ее историей в руководимом им Отделе речи и мышления, Б.М.Теплов оказался перед социокультурной необходимостью представлять психологическую науку на объединенной «Павловской» сессии двух академий (АН и АМН СССР) и далее принять сформулированный на ней социальный заказ на углубление разработки материалистических основ психологии. В связи с этим в 1950 г. на этой сессии академики К.М. Быков и А.Г. Иванов-Смоленский озвучили идеологический курс партийного руководства страны на физиологизацию психологии. В то время Б.М.Теплов фактически был лидером советской психологии. Ибо автор фундаментальных «Основ общей психологии» (М., 1940, 1946), лауреат Сталинской премии С.Л. Рубинштейн был в опале, а директор ПИ РАО А.А. Смирнов был известен трудами по общей и педагогической психологии памяти, но не был – как Б.М. Теплов – специалистом по психофизиологии высшей нервной деятельности. В качестве заведующего двумя основными в стране кафедрами – психологии в МГУ и психологии и логики в АОН при ЦК КПСС – Б.М. Теплов должен был принять этот идеологический вызов, перед которым оказалась отечественная психология.

Тем более, что Б.М. Теплов обобщил ее достижения незадолго до этой сессии в основательном труде «Советская психологическая наука за 30 лет» (М., 1947, с. 32). В своем диалектико-материалистическом – по методологической интенции – «Выступлении» (1950) на этой сессии Б.М. Теплов дипломатично и по существу признал целесообразность углубления изучения рефлекторных основ психики в развитие физиологического учения И.П. Павлова (который, как известно, приветствовал Г.И. Челпанова в связи с открытием ПИ РАО в 1912-1914 гг., но притом штрафовал сотрудников-физиологов за использование психологических понятий). Однако Б.М. Теплов на сессии также отметил необходимость сохранения специфики психологии в контексте практических важных задач научного обеспечения медицины, труда, образования.

Экзистенциально значимо, что для разработки и реализации исследовательской программы психологического изучения рефлекторной природы психики, крупный организатор психологической науки, Б.М. Теплов покидает в 1951-1952 гг. свои многочисленные административные посты: замдиректора и заведующего отделом речи и мышления ПИ РАО, заведующего кафедрами психологии в МГУ и АОН при ЦК КПСС. При этом он сосредотачивается на творческой деятельности по новаторскому развитию на экспериментах с человеком учения И.П. Павлова (который верифицировал свои идеи в опытах лишь на животных). В результате 15-летних фундаментальных изысканий Б.М. Теплов разработал [25, т. 2, с. 6–189]: онтологию психических проявлений основных свойств нервной системы, методологию теоретико-экспериментального изучения индивидуально-типологических различий, концепцию и верифицирующую ее экспериментатику психофизиологических исследований высшей нервной деятельности человека, что привело к созданию [35] научной школы дифференциальной психофизиологии.

При этом Б.М. Теплов благожелательно и профессионально направлял в 1958-1965 гг. развитие отечественной психологической науки в качестве главного редактора единственного в то время научного журнала по человекознанию «Вопросы психологии». Этой его научно-организационной деятельности Б.М. Теплова способствовали систематические разработки им историко-методологических проблем логики и средств развития психологического познания в специальных трудах: «Об объективном методе в психологии» (1952, 1953) [25, т. 2, С. 281–309], «О культуре научного исследования» (1957) [25, т. 2, с. 310–317], «О некоторых общих вопросах разработки истории психологии» (1960) [25, т. 2, с. 191–198], «Об исторической оценке психологической концепции Н.Н.Ланге» (1960), «Простейшие способы факторного анализа» (1965). Таким образом, Б.М.Теплов является одним из конструктивных разработчиков методологии человекознания [34; 38], эффективно реализовав ее посредством создания научной школы [25; 35] дифференциальной психологии индивидуальных различий и творческих способностей.

Заключение. Научное творчество Б.М. Теплова являет собой удивительное сочетание и продуктивное взаимодействие всех основных методологических ориентаций современного человекознания: естественнонаучной (экспериментальная психофизиология ощущений и дифференциальная психофизиология музыкальных способностей и индивидуально- типологических различий), технической (оптика цветоведения в архитектуре и военно- инженерной маскировке) и гуманитарно-культурологической (психология и персонология одаренности выдающихся композиторов, полководцев и методология изучения дидактика ее преподавания истории психологии и дидактика ее преподавания в виде учебников для средней и высшей школы). При этом важно подчеркнуть междисциплинарный характер научных исследований Б.М. Теплова, в которых продуктивно воплощено взаимодействие психологии со смежными науками человекознания и естествознания: от физики (оптика, акустика) через биологию (физиология анализаторов и нервной системы) и психофизиологию (одаренности и индивидуально-типологических различий) до психологии (способностей, деятельности, личности, индивидуальности, творчества).

Конструктивной перспективой развития фундаментального наследия Б.М. Теплова является комплексное изучение индивидуальности, способностей и творчества в контексте системного взаимодействия [2] этих основных методологических ориентаций современного человекознания – естественнонаучной, информационно-технической, гуманитарно- культурологической. Наследие Б.М. Теплова являет собой яркий образец продуктивности такого междисциплинарного взаимодействия, которое ныне развивается в изучении индивидуальности [1; 6], способностей [4], одаренности [18] и творчества [13; 14] в трудах его учеников, последователей [5] и других ученых [6] и научных школ.

Важно подчеркнуть, что из дифференциально-психологической школы вышли талантливые продолжатели дела Б.М. Теплова – руководившие после его смерти лабораторией (В.Д. Небылицын, Э.А. Голубева, Е.П. Гусева, М.К. Кабардов), а также крупные специалисты по психологии способностей (Н.С. Лейтес, Э.А. Голубева, А.А. Мелик-Пашаев) и индивидуальных различий (К.М. Гуревич, В.М. Русалов, Т.Ф. Базылевич) и многие другие. Хотя мне не довелось лично знать самого Б.М. Теплова, однако все же пришлось тесно взаимодействовать по проблематике творческих способностей с рядом его сотрудников во главе с Э.А. Голубевой в процессе подготовки и проведения в 1988 г. Московским философским обществом Научно-практической конференции «Педагогика и творчество». Ибо редактируемый нами с Я.А. Пономарев и С.Ю. Степановым сборник [14] материалов этой конференции содержал большой раздел по изучению способностей с позиций развития дифференциально-психологического подхода Б.М. Теплова. С учетом достижений Б.М. Теплова в изучении психологии способностей, индивидуальных различий, продуктивного мышления, творческих личностей, нами ведутся исследования роли рефлексии в развитии одаренности [18] и способностей, мышления и индивидуальности [1] творческих личностей [6]. Ныне общепризнан в человекознании фундаментальный вклад Б.М. Теплова и созданных им научных школ в развитие психологии труда и искусства [38], способностей и одаренности [29], личности и творчества [25], а также в дифференциальную психофизиологию [35] индивидуальных различий [25]. Ряд трудов [31; 36; 38; 39] Б.М. Теплова предвосхитил будущие исследования, которые ныне интерпретируются в интенции таких инновационных направлений современного человекознания, как акмеология [6], персонология [1; 17], инженерная психология и эргономика [11].

Сформированная Серебряным веком русской культуры [20] и военно-революционной эпохой грандиозной ломки и развития российского общества, многогранная личность самого Бориса Михайловича являет собой выдающийся пример общей и специальной творческой одаренности, продуктивная и успешная самореализация которой в науке носит энциклопедический [22] характер и внесла существенную лепту в прогресс психологического познания человека.

Литература

  1. Абульханова К.А., Петровский В.А., Семенов и др. Психология индивидуальности: Новые модели и концепции / под ред. Е.Б. Старовойтенко, В.Д. Шадрикова. М.: МПСУ- МОДЭК, 2009.
    1-а. Алексеев Н.Г., Добрынин Н.Ф., Мухина В.С. и др. О психологических особенностях творческой активности учащихся // Сборник материалов научно-практической конференции / под ред. А.В. Петровского. М., 1962.
  2. Алексеев Н.Г., Семенов И.Н., Умрихин В.В. Концептуально-методологический анализ дифференциально-психологических исследований психических состояний // Мысли о мыслях / под ред. И.С. Ладенко, И.Н. Семенова и др. Новосибирск: Экор, 1996. Т. 1, Ч. 2. С. 77–79.
  3. Алексеев С.С., Теплов Б.М., Шеварев П.А. Цвет в архитектуре. М., 1934. 133 с.
  4. Психологические проблемы развития творческих способностей в условиях гуманизации образования. Сборник научных трудов / ред. Берулава Г.А., Семенов И.Н. М.: РПО; Бийск: НИЦ БиГПИ, 1995.
  5. Гусева Е.П. Психологическая характеристика личности как метод анализа творческой одаренности (по материалам архива Б.М.Теплова) // Московская психологическая школа: История и современность. В 4-х т. / под ред. В.В. Рубцова. М.: Психологический ин-т РАО – Моск. гос. психол.-пед. университет, 2004. Т. 1, Кн. 2. С. 180–190.
  6. Деркач А.А., Cеменов И.Н., Балаева А.В. Рефлексивная акмеология творческой индивидуальности. М.: РАГС, 2005. 197 с.
  7. Колвалгин В.М. Проблема ощущений и рефлекторная теория / под ред. Б.М.Теплова. Минск, 1950 – 231 с.
  8. Лейтес Н.С., Соколов Е.Н. Вопросы школьного курса психологии в свете учения И.П. Павлова / под ред. Б.М. Теплова. М.: Учпедгиз, 1951. 60 с.
  9. Либин А.В. Дифференциальная психология: на пересечении европейских, российских и американских традиций. М.: смысл, 1999. 532 с.
  10. Любимов С.Е., Семенов И.Н. Научная деятельность Б.М. Теплова и его концепция творчества полководца в процессе практического мышления // Психология. Историко- критические обзоры и современные исследования. 2015. N 3. С. 9–51.
  11. Мунипов В.М., Алексеев Н.Г., Семенов И.Н. Становление эргономики как комплексной научной дисциплины // Проблемы методологии в эргономике. / под ред. В.П. Зинченко, И.Н. Семенова и др. М.: ВНИИТЭ. 1979. С. 28–67.
  12. Мухина В.С. Проблемы формирования ценностных ориентаций и активности личности в ее онтогенезе. М., 1987.
  13. Пономарев Я.А., Семенов И.Н., Алексеев Н.Г. и др. психология творчества: общая, дифференциальная, прикладная. М.: Наука, 1990. 222 с.
  14. Психолого-педагогические аспекты развития творчества и рефлексии / под ред. Я.А. Пономарева, И.Н. Семенова, С.Ю. Степанова. М.: Философское общество, 1988.
  15. Семенов И.Н. История кафедры общей психологии МГУ как колыбели профессионального образования психологов и исследований рефлексии // Психология. Историко-критические обзоры и современные исследования. 2012. N 5-6. С. 112–133.
  16. Семенов И.Н. Методологическая рефлексия параллелей развития научного творчества и школ Л.С. Выготского, Б.М. Теплова, Г.И. Челпанова // Челпановские чтения – 2016. М., ПИ РАО, 2016.
    16-а. Семенов И.Н. Методологические проблемы развития личности в рефлексивно- развивающих средах образования с позиций антропотехнического подхода // Проблемы антропотехнического подхода в современном образовании / под ред. С.В. Дмитриева. Н.Новгород: Нижегородский гос. пед. ун-т, 2015. С. 92–107.
  17. Семенов И.Н. Персонология Михаила Григорьевича Ярошевского как историка, теоретика, методолога психологии развития личности и творчества в науке // развитие личности. 2015. N 4. С. 19–52.
    17-а. Семенов И.Н. Персонология жизнетворчества А.В. Петровского и развитие истории и теории общей и социальной психологии и педагогики (к 90-летию со дня рождения) // Психология. Историко-критические обзоры и современные исследования. 2014. N 4. С. 4–14.
  18. Семенов И.Н. Рефлексия как фактор развития одаренных школьников. Бийск. НИЦ БиГПИ. 1994. 34 с.
  19. Семенов И.Н. С.Л.Рубинштейн: известный и неизвестный: (научно-культуральная рефлексия жизнетворчества) // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2009. N 3. С. 63–89.
  20. Семенов И.Н. Экзистенциально-культуральная рефлексия во взаимодействии художественного и научного творчества в Серебряном веке // Творчество: от биологических оснований к социальным и культурным феноменам / под ред. Д.В. Ушакова. М.: ИП РАН, 2011. С. 606–624.
  21. Семенов И.Н. Этапы, методология направления исследований рефлексии в Психологическом институте на Моховой // Мир психологии. 2012. N 4. С. 261–275.
  22. Семенов И.Н., Ссорин Ю.А. Энциклопедизм: вчера, сегодня, завтра // Психология. Историко-критические обзоры и современные исследования. 2012. N 5-6. С. 7–46.
  23. Теплов Б.М. Взаимодействие одновременных световых ощущений // Зрительные ощущения и восприятия. / под ред. С.В. Кравкова, Б.М. Теплова. М.; Л., 1935. С. 2–85.
  24. Теплов Б.М. Влияние на функции зрения светлоты окраски рабочих мест и рабочих помещений // Тезисы VII Международной психотехнической конференции. М., 1931. С. 21–22.
  25. Теплов Б.М. Избранные психологические труды. В 2-х т. М.: Педагогика, 1985. Т. 1. 329 с.; Т. 2. 360 с.
  26. Теплов Б.М. Маскировка на Западе. Сборник. / под ред. и с предисловием Б.М. Теплова. М., 1924. 178 с.
  27. Теплов Б.М. Материалистическое учение И.П. Павлова // Молодой коммунист. 1953. N 9. С. 95–102.
  28. Теплов Б.М. Об изучении типологических свойств нервной системы и их психологических проявлений // Вопросы психологии. 1957. N 5. С. 108–130.
  29. Теплов Б.М. Проблема одаренности // Советская педагогика. 1940. N 4-5. C. 146–154.
  30. Теплов Б.М. Психологическая характеристика деятельности // Советская педагогика. 1944. N 11-12. C. 44–53.
  31. Теплов Б.М. Психологическая характеристика личности // Советская педагогика. 1945. N 1-2. С. 42–50.
  32. Теплов Б.М. Психологические вопросы художественного воспитания // Советская педагогика. 1946. N 6. С. 92–112.
  33. Теплов Б.М. Психологические исследования в области военно-маскировочного дела (1923-1927). М.: Твердислов, 2006. 168 с.
  34. Теплов Б.М. Современное состояние вопроса о типах высшей нервной деятельности и методиках их определения // Труды VII Международного конгресса антропологических и этнографических наук (Москва, 3-10.08.1964 г.). М.: АН СССР, 1964. Т. 1. С. 373–379.
  35. Типологические особенности высшей нервной деятельности человека / под ред. Б.М. Теплова. М.: АПН РСФСР, 1956-1967. Т. 1, 1956. 411 с.; Т. 2. 1959. 230 с.; Т. 3. 1963. 275 с.; Т. 4. 1965. 239 с.; Т. 5. 1967. 287 с.
  36. Теплов Б.М. Ум и Воля военачальника // Военная мысль. 1943. N 12. С. 64–82.
  37. Теплов Б.М. (ред.). Философские вопросы учения о высшей нервной деятельности. Ученые записки Академии общественных наук при ЦК КПСС. Вып.19. М.: АОН, 1954. 276 с.
  38. Теплов Б.М., Волков Н.Н. (ред.). Вопросы психологии труда и искусства. Известия АПН РСФСР. Вып. 25. М.: АПН РСФСР, 1950. 236 с.
  39. Теплов Б.М., Небылицын В.Д., Майзель Н.И. Психологические вопросы профессионального отбора // Стандарты и качество. 1966. N 7. С. 55–57.

Автор(ы): 

Дата публикации: 

12 ноя 2017

Вид работы: 

Название издания: 

Страна публикации: 

Индекс: 

Метки: 

Для цитирования: 

Семёнов И.Н. Типология психологических школ Б.М. Теплова и рефлексивная персонология развития его одаренной личности // Б.М. Теплов и современное состояние дифференциальной психологии и дифференциальной психофизиологии: к 120-летию со дня рождения Б.М. Теплова. Международная юбилейная конф. Москва, 1–2 декабря 2016 г. / Под ред. М.К. Кабардова, А.К. Осницкого. – М.: Перо, 2017. – С. 87-100.

Комментарии

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки