И.С. Щукин (1886-1975)

 в раздел Оглавление

Психологический институт в Москве:
российский центр психологической науки, культуры и образования

ГЛАВА I

И.С. Щукин (1886-1975)

Иван Сергеевич Щукин 1900-е

Иван Сергеевич Щукин - старший сын С.И. Щукина. Окончил Московскую частную гимназию Поливанова. В 1904г. поступил на историко-филологический факультет Московского университета. Но события 1905г. прервали занятия. Следующей весной он приступил к занятиям в Марбургском университете в семинаре профессора Германа Когена. По возвращении в Московский университет Иван Щукин стал активным участником Психологического семинария, организованного Г.И. Челпановым. В отчете о деятельности Психологического семинария за 1907-1913 гг., составленном Г.И. Челпановым, отмечено оппонирование И.С. Щукиным доклада Б.А. Вишневского «О реальности по Беркли» (20 сентября 1908г.), а также указан его доклад «О вещи в себе по Когену» (27 февраля 1909г.)[1].

После эмиграции в 1920-ых гг. он окончил Сорбонну, жил в Париже. В начале 30-х гг. поселился в Бейруте, преподавал в Каирском университете. Иван Сергеевич Щукин стал одним из крупнейших в мире специалистов по искусству средневековой Персии, Индии и Турции. Живя и работая в Ливане, Иван Щукин собрал огромную коллекцию древнерусских икон. В октябре 1975г., возвращаясь из зарубежной поездки, домой в Бейрут, он погиб в авиационной катастрофе - при обстреле пассажирского самолета над Александрией.

Сочинения: Персидские миниатюры (1932); Миниатюры манускриптов эпохи Теймуридов (1954)[2].

  • Kritische Grundlegung des transcendentalen Realismus;
  • Das Grundproblem der Erkenntnistheorie; 
  • Kategorien-lehre;
  • Neukantianismus etc;
  • Die Weltanschauung der modernen Physik;
  • System der Philosophie im Grundriss).

Фрагмент из Отчёта психологического семинария с фамилией И.С. Щукина среди оппонентов и докладчиков
Фрагмент из Отчёта психологического семинария с фамилией И.С. Щукина среди оппонентов (С. 306) и докладчиков (С. 307)

Киевская Психологическая семинария
Киевская Психологическая семинария. Занятия по экспериментальной психологии под руководством Г.И. Челпанова Киев 1898г.

Созданию института предшествовала активная работа Г.И. Челпанова в двух небольших научных учреждениях - Психологическом семинарии при Киевском университете (1897-1906) и Психологическом семинарии при Московском университете, организатором и руководителем которых он был на протяжении ряда лет.

Деятельность Психологического семинария при Московском университете, или Лаборатории, как её иногда называли, датируется 1907-1920-ми годами. Работа Семинария начиналась с проведения лекционных и практических занятий по экспериментальной психологии, а через два года в план были включены и самостоятельные научно-экспериментальные исследования студентов.

Как следует из воспоминаний Н.А. Рыбникова37 (который был одним из первых московских сотрудников Челпанова), Георгию Ивановичу великолепно удалось подобрать людей в дружный коллектив и побудить к активной работе: «Педагог и организатор он был исключительный... Лаборатория помещалась в трех комнатах нового здания Университета, с левой стороны от входа, окнами к памятнику Ломоносову...

Первая комната - библиотека, где можно было почитать и позаниматься. Там выставлялись очередные доклады, тезисы и пр. Рядом - большая комната - Лаборатория. Несколько столов с аппаратурными установками. Здесь-то и велись опытные работы, причём их график был так составлен, чтобы участники не мешали работать друг другу.

Императорский Московский Университет 1914г.
Императорский Московский Университет 1914г.

Последняя - дальняя комната - кабинет самого Челпанова, который там бывал почти все время, если не читал лекций (помимо проведения занятий в Семинарии, Челпанов читал ежегодно 16 лекций и вёл практические занятия38. - Ред.). Заседания семинара и доклады по экспериментальной психологии проходили в Лаборатории. В семинаре участвовало около 20 человек, прошедших соответствующие испытания, но по экспериментальной психологии работали не все39 <...> Собирались и затрагивали психологические темы не только на официальных семинарах, но и в дружеской компании за чашкой чая. Чаще всего собирались у меня. Памятно собрание, на котором Корнилов впервые поведал о своих реактологических установках. Делились результатами своей работы, соображениями о планах и т.п.»40.

К.Н. Корнилов и Н.А. Рыбников
К.Н. Корнилов и Н.А. Рыбников - ближайшие помощники Г.И. Челпанова по созданию Лаборатории при Московском университете 1900-е гг.

Г.И. Челпанов среди учеников
Г.И. Челпанов среди учеников. Москва. 1910-е гг. В первом ряду справа сидит С.В. Кравков. Стоят: 2-й слева - А.А. Смирнов, 3-й - Н.И. Жинкин

«Испытания», о которых упоминалось Н.А. Рыбниковым, заключались в следующем. Каждый желающий участвовать в работе Семинарии должен был рассказать о своих научно-психологических приоритетах, написать работу по заданной теме и продемонстрировать уровень владения иностранным (и) языком (ами). За основу для принятия того или другого решения со стороны руководителя принимались научные интересы экзаменуемого. Так, П.А. Шевареву, пожелавшему стать студентом Психологической семинарии и изучавшему французский и немецкий языки, после разговора об интересовавших его проблемах психологии и выборе направления будущих исследований «Челпанов дал книгу Титченера на английском языке, по которой Шевареву и надлежало сделать доклад»41.

Самую первую плеяду российских экспериментальных психологов составили студенты Г.И. Челпанова - М. Балабанов, С.Н. Беляева-Экземплярская42, Н. Гордеев, Н.И. Жинкин, В.П. Зубов43, А.А. Каэлас, К.Н. Корнилов, С.В. Кравков, А.Ф. Лосев, Н.А. Рыбников, Б.Н. Северный, А.А. Смирнов, В.Е. Смирнов, Б.М. Теплов, П. Тутышкин, Н.П. Ферстер, К. Фридрих, П.А. Шеварев, Б.В. Холчев44, В.М. Экземплярский45.

В связи с задачами первого этапа преподавательской деятельности в московском Психологическом семинарии Г.И. Челпанов подготовил серию переизданий своих учебно-психологических работ: «Введение в философию» (1907, 1910), «Учебник психологии» (1907, 1909, 1910), «Учебник логики» (1907, 1909, 1911); издал курсы лекций по психологии и логике (1909).

В сентябре 1912г. занятия Психологического семинария были перенесены в здание Психологического института.

Создание Института поставило на реальную основу задачу преобразования профессиональной подготовки психологов. Г.И. Челпановым была разработана чёткая система обучения специалистов и на деле осуществлён принцип преемственности этапов психологического образования; определён необходимый для абитуриентов объем гуманитарных, математических и естественно-научных знаний; разработаны лекционные курсы по общей, педагогической, дифференциальной психологии, а также содержание практических занятий по экспериментальной психологии. Студентам читался обязательный пропедевтический курс по психологии, затем вёлся просеминарий по экспериментальной психологии, после чего следовали специальный курс психологии и семинарий по общей и экспериментальной психологии, а также курсы по педагогической и дифференциальной психологии.

Г.И. Челпанов со студентами в Малой аудитории
Г.И. Челпанов со студентами в Малой аудитории Психологического института 1914г.
Слева направо: сидят 3-й - К.Н. Корнилов, 4-й - Г.И. Челпанов, 5-й - Н.А. Рыбников, 7-й С.В. Кравков, 8-й - П.А. Шеварев

Софья Николаевна Беляева-Экземплярская 1895-1973 Василий Павлович Зубов 1900-1963 Борис Николаевич Северный 1888-1938 Борис Михайлович Теплов 1896-1965 Наталья Павловна Ферстер 1876-1968 Борис Васильевич Холчев (архимандрит Борис) 1895 - 1971 Владимир Михайлович Экземплярский 1889-1957
Софья Николаевна Беляева-Экземплярская (1895-1973) Василий Павлович Зубов (1900-1963) Борис Николаевич Северный (1888-1938) Борис Михайлович Теплов (1896-1965) Наталья Павловна Ферстер (1876-1968) Борис Васильевич Холчев (архимандрит Борис) (1895-1971) Владимир Михайлович Экземплярский (1889-1957)

Таким образом, каждый курс был связан с последующим, дополнявшим и расширявшим предыдущий, а в целом создавалась стройная и последовательная система научно-психологического образования.

Практические занятия также были организованы очень чётко. В Малой аудитории, служившей для их проведения, работали одновременно 18 человек - 6 групп по три человека в каждой: экспериментатор, испытуемый, протоколист, причём роли попеременно менялись. Для каждой группы формулировалась задача экспериментального исследования, для решения которой выдавалась соответствующая аппаратура. В течение недели студент, последовательно попеременно все позиции, должен был обработать полученный материал и предоставить профессору протокол с результирующей проведённого исследования.

На новом месте и на новом уровне продолжили свою работу семинарии по теоретической и экспериментальной психологии, просеминарий по экспериментальной психологии; кроме этого, с использованием нового оборудования стали проводиться лабораторные занятия, направленные на практическое овладение навыками экспериментального исследования.

Число членов Психологического института к началу учебного года достигло 53 человек.

В отчёте Г.И. Челпанова за 1912г. были отражены подробно разработанные программы изучения методологических вопросов исследований психологии личности в теоретическом семинарии и вопросов, связанных с проблемой измерения внимания в семинарии по экспериментальной психологии. Отмечено, что на рабочих заседаниях теоретического семинария было прочитано и критически рассмотрено 15 докладов, для работы в экспериментальном семинарии было предложено 11 докладов.

Занятие по экспериментальной психологии
Занятие по экспериментальной психологии. Малая аудитория 1914г.
Слева направо: 3-й - К.Н. Корнилов, 4-я - Н.Н. Ладыгина-Котс, 5-й - А.Ф. Лосев, 7-й - Г.И. Челпанов, 8-й - С.В. Кравков. Сидит справа - А.А. Смирнов

Темы докладов, представленных к обсуждению членами Психологического семинария, помогают составить представление о том, с чего начиналась собственно научная жизнь Института. В теоретическом семинарии были прочитаны доклады: Учение Вундта о личности (П.А. Сычев); Единство сознания по Гартману (Н.В. Петровский); Учение Липпса о личности (И.К. Марков); О личности по Липпсу (П.С. Попов); Учение Шуппе о личности и единстве сознания (И.Н. Дьяков); Личность по Риккерту (СВ. Шенрок); Изменение личности по Вине (Н.С. Трухачев); Личность по Жане (М.П. Столяров); О подсознательности (С.Е. Бережков); «Я» по Остеррайху (П.К. Дале); О подсознательном по Фрейду (В.А. Милицын); Учение Бергсона о личности (К.Г. Локс); О Бергсоне (И.Н. Дьяков); Учение Бергсона о личности (Г.В. Мурашев).

Темой следующего, 1913 учебного года было изучение проблем функциональной психологии и экспериментального исследования воли. Было сделано 10 докладов в теоретическом и 7 - в экспериментальном семинарии.

А в 1914/15 учебном году в экспериментальном семинарии прорабатывалось уже 28 тем.

Темы научных исследований (1914/1915)

  • Психофизические методы в области глазомера (руководитель — профессор Г.И. Челпанов, испытуемые — Рудик, Кравков, Никифоров, Уссит);
  • Исследование реакций по динамометрическому методу (руководитель — К.Н. Корнилов, испытуемые — Добрынин, Шеварев, Уссит, Стеллецкий, Смирнов, Чижов);
  • Успехи логического запоминания (Н.А. Рыбников / Дунаевский, Линтварев, Капанадзе, Стеллецкий, Грюнер, Дьяков, Изосимов);
  • О типах представлений (В.М. Экземплярский / Дунаевский, Зайдлиц, Уссит, Кейль, Линтварев, Лосев);
  • Об отрицательных абстракциях (В.Е. Смирнов / Загоровский);
  • Влияние упражненияна объем зрительного восприятия (Н.П. Ферстер / Уссит, Макеев, Аристов, Блонский);
  • Методы рядов в области ощущений тяжести (Б.Н. Северный / Дунаевский, Дьяков, Кравков, Уссит);
  • Экспериментальное исследование процесса суждения (П.А. Сычев / Цирес, Бережков, Изосимов, Шенрок, Лосев, Смирнов, Жинкин);
  • Опыты с компликацией (М.П. Кононова / Аристов, Чижов);
  • Волевое усилие и пульс (А.А. Каэлас / Петровский, Капанадзе, Кейль);
  • Субьективация и объективация ощущений (П.П. Блонский / Стеллецкий, Журавлев, Павлов, Изосимов);
  • Об условиях произвольного внимания (Г.В. Мурашев / Попов, Петровский, Шенрок);
  • Сфигмографические и пнеймографические симптомы реакций (Н.В. Петровский / Мурашев, Аристов, Орильников);
  • Колебание внимания при световых ощущениях (И.Ф. Добрынин / Петровский, Журавлев, Смирнов, Мурашев);
  • Об упражнении в области глазомера (П.А. Рудик / Стеллецкий, Смирнов, Скаткин, Сорин, Ефанов);
  • Геометрические элементы композиции (Н.В. Макеев / Цирес, Бережков, Сычев, Шернок, Стеллецкий, Волкович, Стратанович);
  • О разностном пороге по «М. Ср. Ош» и «М. М. Из» (Д.Н. Никифоров / Ефанов, Чижов, Протоклитов, Рудик, Орильников);
  • Психическая природа представлений и понятий (П.С. Попов / Лосев, Дунаевский, Павлов, Уссит, Смирнов, Чижов, Кейль);
  • О взаимодействии одновременных ощущений (С.В. Кравков / Шеварев, Никифоров, Лосев, Смирнов, Кейль, Экземплярский, Сорин);
  • Анализ процесса выбора (Д.К. Кейль / Чижов, Шеварев, Лосев, Смирнов, Кейль);
  • Исследование феноменологической стороны волевого акта (П.А. Шеварев / Кравков, Мурашев, Кейль, Чижов, Стеллецкий);
  • Эстетическая оценка простейших пространственных форм (Б.М. Волкович / Загоровский, Стратанович, Иваницкий, Макеев);
  • Об эстетической образности (А.Ф. Лосев / Журавлёв, Кейль, Дья¬ков, Жинкин, Иваницкий, Стеллецкий);
  • Влияние усовершенствования в одной умственной способности на деятельность другой способности (П.И. Иваницкий / Волкович, Лосев, Дунаевский);
  • Анализ процесса воспоминания в области формы и цвета (Л.Р. Дунаевский / Северный, Грюнер, Лосев, Фортунатов, Аристов, Ечеистов, Чериковер, Кульков);
  • О детерминативном и ассоциативном течении представлений (А.А. Смирнов / Кравков, Лосев, Жинкин, Кейль, Рудик, Шеварев, Никифоров);
  • Об условиях самообновления (Н.И. Жинкин / Орильников, Стеллецкий, Сориш, Липсберг, Линтварев);
  • Сравнение методов постоянных раздражений и минимальных изменений в области ощущений тяжести (К.И. Уссит / Грюнер, Северный, Фортунатов).

В начале 1914 г. Г.И. Челпанов опубликовал первый том «Трудов Психологического института», который объединил результаты проведённых научных исследований46.

Как уже было показано, с первых же дней в Институте была организована и впоследствии отлажена чёткая система подготовки будущих психологов, однако эта система нисколько не исключала творческой инициативы молодых исследователей, не только не исключала, но была направлена на развитие творческой инициативы молодых исследователей. «Начинающему работнику предлагалось повторить чью-нибудь экспериментальную работу, причём перечень этих работ был указан. Обычно это были работы, вышедшие из школы В. Вундта. Но, отправляясь от данных уже проведённых исследований, большинство начинающих экспериментаторов в процессе работы далеко отходили от оригиналов. Так, К.Н. Корнилов, отправляясь от исследования, проведённого Н.Н. Ланге, сделал попытку выяснить природу простой реакции, уточнить, в какой мере типичные формы простой реакции определяются направлением внимания. В итоге проведённого исследования ("Динаметрический метод исследования реакции", 1914) К.Н. Корнилов пришёл к выводу, что обе основные формы реакции являются однородными, и что индивидуальные отличия в реагировании стоят в связи с темпераментом испытуемого. Вместе с тем удалось установить, что выяснение хронометрической стороны реакции совершенно недостаточно для характеристики процесса реакции в целом. Необходимо исследовать и саму реакцию. С этой целью К.Н. Корнилов использовал сконструированный им аппарат динамоскоп»47.

Г.И. Челпанов среди преподавателей и студентов
Г.И. Челпанов среди преподавателей и студентов Императорского Московского университета у бокового входа в Психологический институт.
Слева направо: сидят в первом ряду - 2-й - Н.А. Рыбников, 4-я - Н.П. Ферстер, 5-й - Г.И. Челпанов, б-й - К.Н. Корнилов. Стоят: во втором ряду - 3-й справа - А.Ф. Лосев, 6-й справа - И.С. Щукин

Вопросы психологии эмоций были предметом исследований А.А. Каэласа. Подвергнув критической переоценке работу Н. Алексеева, автор пришёл к выводу, совершенно расходящемуся с господствующими взглядами, в частности, с трёхмерной теорией Вундта. Так, по данным Каэласа, перемены пульса не находятся в прямой связи с эмоциями, в них отражаются лишь «наличные при чувствованиях волевые состояния» («Волевое усилие и импульс», 1914).

Вопросам психологии памяти посвящено было исследование, проведённое Н.А. Рыбниковым. В своих опытах он отталкивался от работы Рейтера, выполненной в лаборатории Вундта. Но в процессе работы в корне изменились направление исследования, а также его методика и содержание, и в результате была представлена новая трактовка психологии запоминания. Экспериментальная работа Рыбникова по психологии памяти оказалась во многом исходным пунктом для его дальнейшей многолетней работы в этой области исследований («Успехи логического запоминания», 1914).

Это были одни из самых первых экспериментальных исследований челпановских учеников, результаты которых в форме научных статей вместе с другими - «Экспериментальное исследование сравнения» (Б.Н. Северный), «Материал к вопросу о типах представлений» (В.М. Экземплярский), «Экспериментальное исследование процессов абстракции» (В.Е. Смирнов) - были опубликованы в первых «Трудах» Института48.

Эти работы объединяло то, что их авторы стояли на позициях эмпирической психологии и, стремясь вывести свои исследования на уровень, достигнутый в европейских экспериментально-психологических лабораториях, уделяли много внимания методологии дальнейшего изучения выдвинутых проблем. Но конкретным выбором пути исследований, по свидетельству Н.А. Рыбникова, первые работы челпановских учеников уже заметно отличались друг от друга: «Если работы К.Н. Корнилова, А.А. Каэласа, Н.А. Рыбникова содержат смелую попытку наметить новые пути изучения, подчёркивают необходимость объективных показателей, то <...> работы В.Е. Смирнова и Б.Н. Северного базируются лишь на данных самонаблюдения. Недаром в итоге своей работы Б.Н. Северный пришёл к выводам, очень близким к позиции Вюрцбургской школы. Таким образом, уже в первых работах наметилось заметное расхождение в установках работников Института. Это расхождение становилось все более заметным по мере дальнейшего развёртывания работы и уточнения принципиальных позиций сотрудников»49.

Различия в методах исследования, оцениваемые Н.А. Рыбниковым как «заметное расхождение», совершенно иначе трактовались самим Г.И. Челпановым, который был убеждён, что «противоположение экспериментальной психологии прежней, неэкспериментальной, совершенно неуместно. Экспериментальной психологии, как особой психологии, нет: есть только экспериментальные методы психологии. И все содержание современной экспериментальной психологии входит в содержание психологии просто, а потому говорить о двух психологиях было бы совершенно нецелесообразно. Есть только одна психология»50, и она предполагает многообразие теоретических подходов и экспериментальных методов в зависимости от конкретного предмета и задачи исследования.

Школа Челпанова, так как он ее задумывал и развивал, была явлением чисто научным, т.е. свободным в своих творческих основаниях от любых идеологических привнесений. Для него был немыслим диктат в отношении мировоззренческих установок своих учеников. Уважение права каждого сотрудника на собственную научную и мировоззренческую позицию стало традицией в стенах созданного им научного центра. И много лет спустя все отмечали отличающую челпановский институт особую атмосферу доброжелательности, бескорыстия и самоотверженной преданности науке.

Научные разработки многих тем, выдвинутых в первые годы существования Института в 1913-1914 гг., нашли своё продолжение (как например, изучение проблемы психологии памяти в научном творчестве А.А. Смирнова, Н.А. Рыбникова, В.М. Экземплярского) и позднее оформились в большие исследования, на основе результатов которых были написаны известные монографии: К.Н. Корниловым - о реакциях человека, Н.Ф. Добрыниным - по проблемам изучения внимания, С.В. Кравковым - ощущения и зрительного восприятия.

Твёрдую научную позицию занимал Институт по вопросу организации исследований по педагогической психологии. Руководство в лице директора Г.И. Челпанова возражало против поверхностной «увязки» работы психологов и педагогов на уровне научной психологии. Известна его отрицательная рецензия на работы Н.А. Рыбникова «Деревенский школьник» и «Идеалы гимназисток», выполненные с использованием метода опросников и применением статистических процедур анализа результатов исследования. При этом конкретные данные «с мест» были самостоятельно собраны учителями при отсутствии непосредственного контроля со стороны психолога. Психолог, считал Челпанов, не имеет права пользоваться данными, за корректность которых не отвечает. Такая позиция базировалась на резком неприятии Г.И. Челпановым дилетантизма в науке и на его искреннем убеждении, что «измерение душевных особенностей есть вопрос научный», требующий для своего разрешения профессиональной философско-психологической подготовки, которой школьные педагоги не обладали. «Пусть педагоги и на будущее время обнаруживают интерес к психологии вообще и к психологии ребёнка в частности, но пожелаем в то же время, чтобы они ограничивались только лишь ознакомлением с тем, что делается в науке, но чтобы не делали попыток превращать школу в психологическую лабораторию с аппаратами. Школа сама по себе представляет превосходную психологическую лабораторию. Педагог имеет возможность наблюдать, исследовать51 детей на уроках, во время бесед, во время игр. Такого изучения вполне достаточно для вдумчивого психологически образованного педагога»52, понимающего, что принципиальной разницы между «старым» методом наблюдения и новомодным методом эксперимента не существует.

Признавая заглавную роль теоретической психологии в её неразрывной связи с экспериментальной психологией, Г.И. Челпанов доказывал избыточность организации лабораторий для самостоятельных психологических исследований педагогов: без опытных руководителей, профессионально владеющих сложной процедурой организации эксперимента, при отсутствии достаточной теоретической подготовки со стороны педагога, работа таких лабораторий в лучшем случае окажется «бесплодной»53. С целью повышения педагогической культуры психологов, с одной стороны, и психологической культуры педагогов - с другой, а также разработки комплекса психологических методов, соразмерных в своём применении возможностям педагогической практики, Г.И. Челпанов содействовал созданию новых научно-практических «ячеек» - лабораторий, проводивших конкретные исследования по детской и педагогической психологии под руководством ученых-психологов. Так получили автономное существование лаборатории при Московском учительском доме (руководитель Н.А. Рыбников), при Московском педагогическом собрании (А.А. Каэлас), при Московском отделе народного образования (Е.В. Гурьянов), при Институте дошкольного воспитания (К.Н. Корнилов) и др.

Впоследствии такие «ячейки» создавались не только в Москве, но и на периферии, где в качестве руководителей выступали лица, получившие подготовку в Психологическом институте. Эти лаборатории, хотя и отпочковались от Института, все же продолжали быть связанными с ним: их членами были сотрудники Института, проводившие в жизнь его принципы, его методологию. Практически это были лаборатории Института, просто работавшие вне его стен. Г.И. Челпанов планировал и поддерживал создание подобных «площадок», расширяя таким образом сферу действия формирующейся в стенах Института психологической школы.

Обязательным для сотрудников Института было коллегиальное обсуждение полученных результатов экспериментальных исследований на общем собрании всех участников практикума, при этом в методику дальнейшей работы вносились уточнения и дополнения. Такая продуктивная организация экспериментального практикума позволила Г.И. Челпанову в достаточно короткое время собрать материал для написания пособия для студентов по экспериментальной психологии. «Введение в экспериментальную психологию» было издано им в 1915г. и неоднократно переиздавалось. В дальнейшем все подобные пособия, - напр., «Практикум по экспериментальной психологии» К.Н. Корнилова, В.А. Артемова и других - строились по образцу челпановского «Введения». Книга, содержание которой составил курс лекций, прочитанных Челпановым в 1909/1910 учебном году, на протяжении длительного времени оставалась самым востребованным пособием по экспериментальной психологии для учащихся учебных заведений разного уровня. Даже спустя несколько десятилетий, в 1967г. профессор А.Н. Леонтьев посчитал должным отметить, что это было первое и единственное пособие по психологическому практикуму на русском языке, лучшее среди аналогичных зарубежных изданий, и с чисто дидактической стороны оно и до сих пор может считаться образцовым.

Незаменимой методической базой для работы и обучения выступили и другие вышедшие в печати работы Г.И. Челпанова: «Об экспериментальном методе в психологии» (1913), «К вопросу о соотношении между психофизическими методами» (1914). В 1915г. выдержали очередное переиздание учебники по психологии и логике, в 1916г. - «Введение в философию».

Николай Федорович Добрынин 1890-1981 Петр Антонович Рудик 1893-1983 Иван Михайлович Соловьев 1902-1986
Николай Федорович Добрынин (1890-1981) Петр Антонович Рудик (1893-1983) Иван Михайлович Соловьев (1902-1986)

Направленность великолепных организаторских способностей Г.И. Челпанова на подготовку научных кадров не могла не дать свои плоды: многие его ученики, воспитанники Психологического института, стали известными учёными - П.А. Шеварев, Н.Ф. Добрынин, Н.И. Жинкин, С.В. Кравков, Н.А. Рыбников, П.А. Рудик, А.А. Смирнов, Б.М. Теплов, В.М. Экземплярский и др.

После подготовки и выхода в свет первого тома «Трудов Психологического института» (1914) важной инициативой Г.И. Челпанова стало издание с 1917г. «Психологического обозрения» - специализированного психологического журнала. До сих пор работы психологов публиковались в философских, педагогических, медицинских и других журналах, так как своего - психологического - издания не было. С организацией нового журнала психологи получили такую возможность: в нем печатались теоретические и методологические работы сотрудников Института, публиковались результаты экспериментальных исследований. В 1917г. начал выходить и второй психологический, но ориентированный на определённый ракурс исследований журнал «Психология и дети», под редакцией сотрудника Института И.М. Соловьева.

К началу 1920-х гг. Психологический институт им. Л.Г. Щукиной внутренне сформировался и стал тем центром, который «удерживал внутреннее единство психологии». Все задачи, поставленные его создателем в программной речи 1914г., были решены, сложился методологический фундамент науки, что и обеспечило её сохранение (пусть не всегда в явном виде) в последующие годы. К этому времени Психологический институт им. Л.Г. Щукиной стал реальным образцом организационного становления отечественной психологии как академической научной дисциплины в её синтетическом единении с практикой психологического просвещения и образования разных социальных слоёв.


[1] Научный архив ПИ РАО. Ф. 18, оп. 3, ед. хр. 4. Челпанов Г.И. Отчет о деятельности Психологического семинария при Московском Университете за 1907-1913 годы // Психологический институт имени Л.Г. Щукиной при Императорском Московском Университете (История, описание устройства и организация занятий). — М., 1914. С.298-327
[2] Архив Государственного Музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина. Собрание А.А. Демской.